В статье автор обращается к проблеме внешней политики РСФСР в 1918 г в связи с немецким вторжением на Южный Кавказа и военной оккупацией Грузии Германией. Впервые рассматривается тема отношений России и Германии вокруг Южного Кавказа в 1918 г именно на дипломатическом уровне. Источниковую базу исследования составили разноплановые документы: материалы периодики, нотная переписка, деловая переписка А. А. Иоффе и Г. В. Чичерина, источники личного происхождения (воспоминания Н. А. Иоффе и А. И. Хатисова). Реконструируя послереволюционную атмосферу на Южном Кавказе, автор приходит к выводу о наличии некоторого периода после октября 1917 г., в течение которого кавказские политические лидеры пытались наладить связь с другими осколками империи, в частности с Украиной, с Северным Кавказом. Уход армии Кавказского фронта и приход к власти большевиков определил дальнейшую самостоятельность Закавказского комиссариата и Закавказского сейма, которые стали искать поддержку у международного сообщества. К концу мая 1918 г. Южный Кавказ распался на три самостоятельных республики, каждая из которых имела свои внешнеполитические ориентиры. В частности, Грузия в целях защиты от турецкой агрессии призвала на помощь Германию. Анализируя ситуацию на региональном кавказском уровне и уровне внешней политики советского правительства, автор приходит к выводу, что большевики, дав право на самоопределение народам России, имели совершенно иные геополитические и идеологические планы. Южный Кавказ они удерживать в 1918 г. в военно-политическом отношении не могли, да и это противоречило бы «Декларации прав народов России». Однако, дипломатически всячески пытались сдерживать немецкое влияние в регионе, опасаясь, что утратят Грузию навсегда. Полпредству в Берлине и Наркомату иностранных дел приходилось постоянно сохранять баланс между сохранением мирных отношений с Германией и ограничением их влияния на кавказские дела.
The author studies the problem of the Russian SFSR foreign policy in 1918 in connection with German military invasion to the South Caucasus and the occupation of Georgia. For the first time ever the issue of Soviet and German relations around the South Caucasus in 1918 is considered and the author does it at the level of diplomatic interaction. The sources for study are different historical documents: periodical materials, diplomatic correspondence, A. A. Ioffe's and G. V. Chicherin's business correspondence, sources of personal origin (N. A. Ioffe's and A. I. Hatisov's memoirs). Reconstructing after-revolution atmosphere on the South Caucasus, the author concludes that there was some period of time when Caucasian political leaders were trying to contact with other fragments of the empire, with the Ukraine and the North-Caucasus in particular. The withdrawal of the Caucasian army and getting power by the Bolsheviks in Petrograd were reasons for independence of the Transcaucasian Commissariat and the Transcaucasian Sejm and these ones began to seek support from the international community. By the end of May 1918 the South Caucasus was divided into three independent republics, each of which had its own foreign policy objectives. In particular, Georgia, in order to protect themselves from Turkish aggression, called on Germany to help. Analyzing the situation at the regional Caucasian level and the level of foreign policy of the Soviet government, the author makes one more conclusion. The Bolsheviks, having given the right to self-determination to the peoples of Russia, had completely different geopolitical and ideological plans. In 1918, they could not hold the South Caucasus politically and politically, and that would contradict the Declaration of the Rights of the Peoples of Russia. However, they tried every possible way to hold off German influence in the region, as they feared to loose Georgia forever. The embassy in Berlin and the People's Commissariat for Foreign Affairs had to constantly maintain the balance between maintaining peaceful relations with Germany and limiting their influence on Caucasian affairs.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.