В статье рассматриваются истоки интерпретаций концепта 'гений' русским культурным сознанием. На обширном материале словарей русского языка XVIII-XX вв. анализируются первые фиксации лексемы гений, систематизируются ее толкования. Высказывается наблюдение о том, что древнегреческие 'демон'/'бафап/' и 'дьявол'/'бюроЛод', принятые русским православием в значении 'нечистый дух', 'падший ангел', 'нечистая сила', 'злой дух', получили древнерусские и старославянские аналоги и воспринимались исключительно через призму новозаветной борьбы и победы Иисуса Христа, а затем и христиан над дьяволом, в то время как в римском языческом аналоге - гении - не было острой необходимости. Указывается, что на рубеже XIX-XX вв. в русской языковой картине мира эти понятия воспринимались как синонимичные, появившийся же в русском языке в XVIII в. (причем, не непосредственно через латынь) концепт гений имел уже значение имманентного свойства человеческой природы и начал свое отдельное существование, зачастую принимая функцию слова-номинанта и обрастая собственными словами-вербализаторами, ассоциативно-семантическими полями. На примерах художественных текстов XIX в. рассматриваются варианты словоупотребления данной лексемы, доказывается образование концепта 'гений', появление новых семантических полей последнего как свидетельство принятия его российским культурным сознанием. Делается вывод о том, что мифологема 'гений' была принята российским культурным сознанием опосредованно - через античность - и потому в исконном смысле существовала в переводных латинских текстах, в заимствованных мифологических образах и персонажах или использовалась в качестве метафоры; актуально же в русскую языковую картину мира вошло толкование гения как самобытного творческого дара в человеке, воплощения высших творческих способностей, вершины человеческого развития, т.е. на стадии идеологизации и ценностной нагруженности понятия. Путем анализа словоупотреблений 'гений' и 'дух' в XVIII-XIX вв. доказывается, что значения 'творческий дар в человеке' и 'человек, обладающий творческим даром', вытеснили изначальную внутреннюю семантику лексемы гений. Отмечается, что появление новых семантических полей данного концепта - свидетельство значительных трансформаций национальной, научной и художественной картины мира в отечественном культурном пространстве.
The article discusses the origins of interpretations of the concept "genius" by Russian cultural consciousness. The first cases of use of the lexeme "genius" are analyzed, its interpretations are systematized оп the extensive material of dictionaries of the Russian language of XVIII-XX centuries. It is observed that the ancient Greek "demon" /'6alpwv' and 'devil' /'byuroLod', adopted by Russian Orthodoxy in the meaning of "unclean spirit", "fallen angel", "evil spirit", "evil spirit", received the Old Russian and the Old Slavonic analogues and were perceived exclusively through the prism of the New Testament struggle and the victory of Jesus Christ, and then of Christians over the devil, while in the Roman pagan analogue - genius - there was no urgent need. It is indicated that at the turn of the XIX-XX centuries in the Russian language picture of the world, these concepts were perceived as synonymous, which appeared in the Russian language in the XVIII century (and not directly through Latin) the concept of genius already had the value of the immanent property of human nature and began its separate existence, often taking on the function of a nominal word and acquiring its own verbalizers and associative semantic fields. The examples of fiction texts of the XIX century examine the variants of the use of the lexeme "genius", the formation of the concept of genius is proved, the emergence of new semantic fields as evidence of its acceptance by Russian cultural consciousness. By analyzing the phrases "genius" and "spirit" in the XVIII-XIX centuries proves that the values of "creative gift in man" and "man possessing creative gift" have superseded the original inner semantics of the lexeme "genius". It is noted that the emergence of new semantic fields of this concept is the evidence of significant transformations of the national, scientific and artistic picture of the world in the domestic cultural space.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.