Новая экономическая политика, принятая на Х съезде РКП(б) в 1921 г. остается одной из проблемных вопросов в истории России. Интерес к ней вызван возможностью использования рыночных методов в сочетании с плановыми инструментами в ходе экономической модернизации. Проблемы переходного периода остаются актуальными и на современном этапе развития российского общества, так как важно знать и уметь использовать опыт прошлого. Экономические реформы, которые могли бы сочетать рыночные методы с политикой государственного регулирования становятся актуальными. Уровень рыночных отношений в аграрном секторе экономики в системе нэпа определялся степенью активности государства в реализации продовольственной политики, земельных отношений и противостоянии советской власти зажиточной части крестьянства. Новая экономическая политика на юге России, где преобладали особые формы землепользования, сформировались сословные противоречия была реализована под жестким контролем государства, которое исходило не из экономической целесообразности, а идеологических установок. Формирование новых земельных отношений, административные реформы, проводимые в течении 1920-х гг. в казачьих регионах юга преследовали цель максимального ослабления влияния казачества на приводимую политику большевиков. При этом следует учесть, что уровень развития казачьих хозяйств превосходил общероссийские средние показатели. В современной исторической науке особое место отводится региональному компоненту, формированию новых исторических знаний, изучению особенностей регионов. Интерес современных историков вызывают документы, к которым доступ был ограничен по определенным политическим и идеологическим причинам. Архивные материалы Дона и Кубани периода 1920-х гг. в настоящее время стали объектом активного изучения. Следует отметить, что после 1991 г. во многом изменились и методологические подходы, можно с уверенностью сказать, что исследователи потеряли интерес к марксистской модели новой экономической политики и во многом исследования опираются на разнонаправленные теоретические выводы в оценке нэпа. Рыночные механизмы в системе нэпа работали под контролем государства, но не были гарантированы действующим законодательством и игнорировались по мере роста противостояния индивидуально-частных крестьянско-казачьих хозяйств и политических интересов большевиков.
The new economic policy adopted at the X Congress of the RCP (b) in 1921 remains one of the problematic issues in the history of Russia. It is of interest as it provided the possibility of using market methods in combination with planned tools in the process of economic modernization. The problems of the transition period remain relevant at the present stage of development of the Russian society, as it is important to know and be able to use the experience of the past. Economic reforms that could combine market methods with government regulation policies are becoming relevant. The level of market relations in the agricultural sector of the economy in the NEP system was determined by the degree of activity of the state in the implementation of food policy, land relations and confrontation of the Soviet power of the wealthy part of the peasantry. The new economic policy in the South of Russia, where special forms of land use prevailed and class contradictions existed, were implemented under the strict control of the state, which did not come from economic expediency and ideological attitudes. The formation of new land relations, administrative reforms carried out during the 1920s in the Cossack regions of the South pursued the goal of maximum weakening of the influence of the Cossacks on the policy of the Bolsheviks. It should be noted that the level of development of Cossack farms exceeded the national average indicators. In modern historical science, a special place is given to the regional component, the formation of new historical knowledge, the study of regional characteristics. Modern historians are interested in documents to which access has been restricted for certain political and ideological reasons. Archival materials of the Don and the Kuban of the 1920s have now become the object of active study. It should be noted that after 1991, the methodological approaches have changed in many ways; it is safe to say that researchers have lost interest in the Marxist model of the new economic policy and, in many respects, research is based on multidirectional theoretical findings in the assessment of the NEP. Market mechanisms in the NEP system worked under the control of the state, but were not guaranteed by the current legislation and were ignored as the confrontation between individual private peasant-cossack farms and the political interests of the Bolsheviks grew.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.