В статье, на основе анализа доктринальных, справочных нормативных и правоприменительных источников, исследованы явления «правовая позиция» и «политическая позиция». В качестве источниковой базы исследования послужили доктринальные и справочные материалы, международные договоры и соглашения, положения внутригосударственного права, а также акты международных и национальных юрисдикционных органов. Установлено отсутствие единообразного понимания правовых и политических позиций во внутригосударственных и международных официальных документах. Содержание правовой позиции в отечественной правовой системе зачастую связывается с результатами толкования норм права участниками судебного процесса. На межгосударственном уровне правовые позиции рассматриваются в качестве сформулированных правовых убеждений (системы правовых убеждений) отдельных субъектов, которые могут коррелировать или противопоставляться по отношению друг к другу. Политические позиции выражают отношение субъектов политики к различным элементам политической сферы, оценку соответствующих политических явлений и результаты выбора средств и методов политической борьбы. Отмечено многообразие трактовок политических позиций в российском и международном праве, в решениях межгосударственных юрисдикционнах органов в контексте права обозначить политическую волю, положения (статуса), политического отношения к институтам власти и источника информации о политической жизни. Выявлены противоречия в структуре правовых, политических и фактических позиций, которые могут быть рациональными и иррациональными, повторяя укоренившиеся особенности и дефекты в правосознания субъектов-носителей. Проведено соотнесение правовых и политических позиций в системе «форма» и «содержание». Определены продуктивные свойства и качества правовых и политических позиций, способных предупреждать (содействовать преодолению, разрешению) юридические и политические конфликты. Предложена классификация правовых и политических позиций по степени значимости на официальные, официозные и неофициальные.
In the article, based on the analysis of doctrinal, reference normative and law enforcement sources, the phenomena «legal position» and «political position» are investigated. Doctrinal and reference materials, international treaties and agreements, provisions of domestic law, as well as acts of international and national jurisdictional bodies served as the source of the research. The absence of a uniform understanding of legal and political positions in domestic and international official documents was established. The content of the legal position in Russia is often associated with the results of the interpretation of the norms of law by the participants in the trial. At the interstate level, legal positions are considered as formulated legal beliefs (systems of legal beliefs) of individual subjects, which can enter into dissonance with respect to each other. Political positions express the attitude of the subjects of politics to various elements of the political sphere, assessments of the relevant political phenomena and the results of the choice of means and methods of political struggle. The author notes the diversity of interpretations of political positions in Russian and international law, in the decisions of interstate jurisdictional bodies in the context of the right to designate political will, position (status), and political attitude to the institutions of power and as a source of information about political life. The study reveals contradictions in the structure of legal, political and factual positions, which can be rational and irrational, repeating the corresponding features and defects of legal consciousness of the subjects-carriers. Correlation of legal and political positions in the system "form" and "content" is carried out. The productive properties and qualities of legal and political positions that can prevent (assist in overcoming, resolving) legal and political conflicts have been determined. The classification of legal and political positions according to the degree of importance into official, semiofficial and unofficial is proposed.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.