Статья посвящена сравнительному анализу исторических представлений русских и белорусов о наследии Древней Руси. На материалах топонимических преданий и легенд, сюжетов былинного эпоса, духовных стихов, обрядовой поэзии рассматриваются особенности отношения русского и белорусского народов к персонажам и событиям древнерусской истории. Выявлены параллели в откликах на деятельность князя Владимира по укреплению государственного единства Руси, осмыслении с помощью элементов ландшафта образов русских княгинь Ольги и Рогнеды, участия народа в комплектовании дружинных слоёв. Образы богатырей-змееборцев рассматриваются в контексте представлений о противостоянии христианства и архаических верований в эпоху Владимира I и его наследников. В то же время олицетворением наследия дохристианской Руси выступал былинный Волх Всеславьевич, записи былины о котором фиксировались в северных русских губерниях вплоть до середины XIX в., а в белорусских сказках этого времени нашел отражение образ князя-оборотня. Отражение следов династических связей Древней Руси с европейскими государствами в былине о Соловье Будимировиче рассмотрено в аналогии с обрядовыми текстами, когда все основные образы: приезд жениха-иноземца из-за моря на кораблях, возведение «терема», изображение жениха как соловья в саду невесты, приход невесты в златоверхие палаты жениха и др. представлены в русской и белорусской свадебной поэзии. На материалах топонимических преданий охарактеризованы схожие сюжеты, связанные с татарским нашествием. Особенность белорусских исторических представлений автор усматривает в том, что народные версии истории эзоповым языком волшебных сказок, духовных стихов, обрядовой поэзии противостояли историческим концепциям захватчиков память о единстве и величии Древней Руси, восхваляли подвиги древнерусских богатырей, обосновывали необходимость борьбы с социальным и конфессиональным гнётом. Несмотря на различие исторических условий, в которых формировались, народные представления русских и белорусов, их сюжеты и образы носят во многом тождественный характер. Схожие тексты выполняли интегрирующую функцию, сохраняли память о героях и подвижниках, наделяемых типичными чертами народного характера. При всех обобщениях, гиперболизациях, местных проявлениях идентичности, этнокультурных и конфессиональных стереотипов русские и белорусы не искажали главного смысла своего историко-духовного единства.
The article is devoted to a comparative analysis of the historical ideas of Russians and Belarusians about the heritage of Ancient Rus. With the reference to toponymic traditions and legends, epic plots, spiritual poems, ritual poetry, the author examines the peculiarities of the attitude of Russian and Belarusian peoples to the characters and events of ancient Russian history. The parallels are revealed in the responses to the activities of Prince Vladimir in strengthening the state unity of Russia, in comprehending the images of the Russian princesses Olga and Rogneda with the help of landscape elements, in the participation of the people in the recruitment of the squads. The images of heroes-snake-fighters are considered in the context of ideas about the opposition of Christianity and archaic beliefs in the era of Vladimir I and his successors. At the same time, the epic Volkh Vseslavievich was the personification of the legacy of pre-Christian Russia, the epic records of which were recorded in the northern Russian provinces until the middle of the 19th century, and the image of a werewolf prince was reflected in Belarusian fairy tales of that time. The reflection of traces of the dynastic ties of Ancient Russia with European states in the epic about Nightingale Budimirovich is considered in analogy with ritual texts, as all the main images, namely the arrival of a foreign groom from across the sea on ships, the construction of a "tower", the image of the groom as a nightingale in the bride's garden, the arrival of the bride in the golden-domed chambers of the groom and others, are represented in Russian and Belarusian wedding poetry. Based on the materials of toponymic legends, similar plots related to the Tatar invasion are characterized. The author sees the peculiarity of Belarusian historical ideas in the fact that the folk versions of history in the Aesopian language of fairy tales, spiritual poems, ritual poetry opposed the historical concepts of the invaders, the memory of the unity and greatness of Ancient Russia, praised the exploits of the ancient Russian heroes, substantiated the need to combat social and confessional oppression. Despite the difference in the historical conditions in which they were formed, the folk ideas of Russians and Belarusians, their plots and images are largely identical. Similar texts performed an integrating function, preserving the memory of heroes and devotees, endowed with typical features of a folk character. With all the generalizations, hy-perbolizations, local manifestations of identity, ethnocultural and confessional stereotypes, Russians and Belarusians did not distort the main meaning of their historical spirits.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.