В последнее время в российской правовой доктрине стало активнее уделяться внимание изучению правовой природы отказа от наследства, но большинство исследований посвящены анализу современного состояния института, в том числе рассмотрению принципов, способов, порядка отказа от наследства. Авторы статьи полагают, что изучение исторического и зарубежного опыта формирования института отказа от наследства имеет огромную значимость в связи с тем, что современное российское законодательство и практика в этой сфере не лишены недостатков и пробелов, они еще требуют совершенствования. Ретроспективный анализ способствует более глубокому и всестороннему изучению, вооружает исследователя новыми идеями и аргументами. В статье проанализированы особенности древнеримского отказа от наследства, изучена судьба отечественного института, начиная с периода Древней Руси. Авторы пришли к выводу, что в римском праве отношения отказа от наследства были детально регламентированы, уже в тот период начал формироваться прообраз института направленного отказа от наследства. Авторы акцентировали внимание на правовом закреплении института отказа от наследства в проекте Гражданского уложения 1905 года, где институт именовался «отречение от наследства» по аналогии со Сводом законов Российской Империи, и уделили особое внимание его развитию в советский период. Все кодифицированные акты гражданского законодательства, начиная с ГК РСФСР 1922 года, регулировали отношения по отказу от наследства. В ГК РСФСР 1964 года впервые было закреплено право отказа от наследства как наследника по закону, так и наследника по завещанию, но это право было ограничено сроком шесть месяцев со дня открытия наследства. В статье приведен альтернативный опыт Франции и Германии, и продемонстрирована приверженность современного российского законодательства основным подходам ГК РСФСР 1964 г., и «системы принятия» действующей во многих странах, в том числе и во Франции.
Recently, the Russian legal doctrine has begun to pay more attention to the study of the legal nature of the refusal of inheritance, but most studies are devoted to the analysis of the current state of the institute, including the consideration of the principles, methods, and procedure for the refusal of inheritance. The authors of the article believe that the study of historical and foreign experience in the formation of the institution of inheritance rejection is of great importance due to the fact that modern Russian legislation and practice in this area are not without shortcomings and gaps, they still need to be improved. Retrospective analysis contributes to a deeper and more comprehensive study, equips the researcher with new ideas and arguments. The article analyzes the features of the ancient Roman refusal of inheritance, and examines the fate of the national institute, starting from the period of Ancient Russia. The authors came to the conclusion that in Roman law, the relationship of refusal of inheritance was regulated in detail, and already at that time the prototype of the institution of directed refusal of inheritance began to form. The authors focused on the legal consolidation of the Institute of renunciation of inheritance in the draft Civil code of 1905, where the institute was called "renunciation of inheritance" by analogy with the Code of laws of the Russian Empire, and paid special attention to its development in the Soviet period. All codiied acts of civil legislation, starting with the civil code of the RSFSR in 1922, regulated relations on the rejection of inheritance. In the civil code of the RSFSR of 1964, for the irst time, the right to refuse inheritance was established for both the heir by law and the heir by will, but this right was limited to a period of six months from the date of opening the inheritance. The article presents the alternative experience of France and Germany, and demonstrates the commitment of modern Russian legislation to the main approaches of the civil code of the RSFSR of 1964, and the "adoption system" in many countries, including France.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.