Сергей Григорьевич Воркачев – доктор филологических наук, профессор
Sergey G. Vorkachev – Dr. Sc. (Philology), Professor
2, Mosrovskaya St., Krasnodar, 350072
Введение. Понятия страсти и бесстрастия находятся в фокусе исследовательского интереса c времен Античности и поныне остаются «ключевыми концептами» религиозного дискурса.
Материалы и методы. Материалом исследования послужили тексты лексикографического дискурса: толковые, этимологические и терминологические словари русского языка, словари старославянского и церковно-славянского языков, древнегреческо-русский и орфоэпический словари русского языка.
Анализ. Большую часть списка славяно-русских сложных слов, образованных с участием страсти и её видовых ипостасей (любовь, боязнь/ страх, ненависть), занимают слова с корнем люб-, за которым идут слова с корнем страст-, несколько раз здесь вербализуются ненависть и страх. Из всех многочисленных видов любви в функции активного словообразовательного компонента принимают участие три: филия (φιλία), мания (μανία) и эрос (ἔρως), а среди отрицательных словообразовательных компонентов страсти, доминирует аффиксоид -фоб(ия).
Результаты. Устанавливается, что словарные единицы, образованные при помощи формантов с семантикой страсти, легко выстраиваются в семантическую парадигму, включающую синонимы, антонимы и омонимы. Синонимические ряды здесь формируются как за счет вариативности как активных словообразовательных компонентов, так и за счет вариативности мотивирующего компонента. Антонимические отношения в парадигме лексических единиц, образованных с помощью форманта страсти, достаточно редко выстраиваются на основании антонимии мотивирующего компонента, чаще всего эти отношения создаются на основе противопоставления активного словообразовательного компонента по градуальному либо контрарному признаку. Субъектом страсти в словообразовании выступает, как правило, человек, однако, иногда протагонистами страсти бывают растения, организм в целом или его отдельные органы и речь здесь идет о метафоризации – уподоблении субъектов страсти существам с высокоорганизованной психикой.
Introduction. The concepts of passion and dispassion have been in the focus of research interest since Antiquity and remain “key concepts” of religious discourse to this day.
Materials and Methods. The study material was the texts of lexicographical discourse: explanatory, etymological and terminological dictionaries of the Russian language, dictionaries of Old Church Slavonic and Church Slavonic, ancient Greek- Russian and orthoepic dictionaries of the Russian language.
Analysis. Most of the list of Slavic-Russian compound words formed with the participation of passion and its species hypostases (love, fear, hatred) are occupied by words with the root lyub, followed by words with the root strast, here hatred and fear are verbalized several times. Of all the numerous types of love, three participate in the function of the active word-formation component: philia (φιλία), mania (μανία) and eros (ἔρως), and among the negative word-formation components of passion, the affixoid -fobia(ia) dominates.
Results. It is established that vocabulary units formed with the help of formants with the semantics of passion are easily arranged in a semantic paradigm that includes synonyms, antonyms and homonyms. Synonymous series are formed here both due to the variability of active word- formation components and due to the variability of the motivating component. Antonymic relations in the paradigm of lexical units formed with the help of the formant of passion are quite rarely built on the basis of the antonymy of the motivating component; most often, these relations are created on the basis of the opposition of the active word-forming component according to a gradual or contrasting feature. The subject of passion in word formation is, as a rule, a person, however, sometimes the protagonists of passion are plants, the organism as a whole or its individual organs, and here we are talking about metaphorization – likening the subjects of passion to creatures with a highly organized psyche.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.