Татьяна Евгеньевна Покотилова - Доктор исторических наук, профессор
д. 1, ул. Пушкина, Ставрополь, 355017, Российская Федерация
Tatiana E. Pokotilova - Dr. Sc. (History), Professor
1, Pushkina St., Stavropol, 355017, Russian Federation
Татьяна Александровна Шебзухова - Доктор исторических наук, профессор
д. 56, пр. 40 лет Октября, Пятигорск, 357502, Российская Федерация
Tatyana A. Shebzukhova - Dr. Sc. (History), Professor
56, 40 let Oktyabrya Ave., Pyatigorsk, 357502, Russian Federation
Введение. Статья посвящена исследованию проблемы участия дворян в благотворительном процессе на Ставрополье в XIX – начале XX вв. Отмечается, что содержание и особенности процесса становления и эволюции сословной структуры и оформления, в частности, дворянского сословия в изучаемом регионе, наряду с существовавшими нормативными рамками, закреплявшими его сословный статус, во-многом определялись спецификой продвижения России на кавказских рубежах, историей и особенностями колонизации степного предкавказья, особым военно-административным и геополитическим статусом Ставрополя в изучаемый период.Материалы и методы. Принцип сословности в нормативном обеспечении благотворительного процесса в Российской империи и избранная к изучению проблема истории благотворительности дворян в условиях возникновения новых социальных общностей и неизбежного сглаживания сословных различий логично предопределили особое внимание к уточнению признаков сословий. В качестве базового был избран перечень признаков сословий, предложенный М.И. Лавицкой и А.В. Мельниковым ,- «1) каждое сословие имеет специфические права и социальные функции, которые закреплены юридически в обычае или законе; 2) сословные права передаются по наследству; 3) наличие сословных корпоративных организаций, осуществляющих сословное общественное управление; 4) специфический менталитет и самосознание сословий». Исследование проведено с использованием материалов Государственного архива Ставропольского края. Что, с учетом специфики проблемы исследования, обусловило обращение к таким его методам, как историко-генетический, периодизации, типологический и нарративный.Анализ. На конкретных исторических фактах показывается, как относительно позднее вхождение региона в состав Империи предопределило малочисленность потомственного дворянства на его территории, что именно активные события военной колонизации стали самым главным источником формирования местного дворянства: сюда стали переселяться дворяне из внутренних губерний России, царства Польского и западных губерний, и что мало кто из дворян Ставрополья имел земельные владения и основную статью их доходов составляла государственная служба. В ходе моделирования особенностей субъект – объектных отношений в благотворительном процессе на территории избранного региона учтены ограниченные возможности ставропольских дворян к крупным и частым благотворительным акциям и сравнительно небольшие, по отношению к внутренним губерниям России, масштабы базы потенциальных объектов благотворения.Результаты. Конкретно – историческая картина, созданная на базе широкого круга источников, показала относительно слабую, по сравнению с общероссийской, вовлеченность дворянства региона в благотворительную практику. Это, на фоне нечастых отдельных случаев личной благотворительности, прежде всего, - популяризация благотворительного участия населения в создании и попечении о деятельности учебных заведений и жизни недостаточных учащихся, создании редких медицинских и социальных заведений со стороны власть придержащих, в том числе, и собственным примером. В случаях отсутствия активной ожидаемой реакции – привлечение возможностей Ставропольского (Кавказского) приказа общественного призрения для растянутого во времени аккумулирования благотворительных поступлений для решения вышеуказанных проблем. Это - и одна из самых протяженных во времени практика обладающих досугом, неравнодушных, но не очень обеспеченных представителей ставропольского дворянства (как правило, женщин) посещения бедных с целью сбора и передачи информации о них в губернские ведомости, как о лицах и семействах, «жалкое положение которых заслуживает особенного внимания». Это – инициирование и активное участие представителей дворянства в создании и работе благотворительных обществ, расширявшееся в масштабах и направлениях в рамках буржуазных модернизационных процессов, запущенных реформами второй половины века XIX в., когда престижность идеи общественной пользы, привнесенная в этику дворянского сословия еще в XVIII веке, постепенно получает новое звучание в отечественной культуре, не минуя и Ставрополье.
Introduction. The article studies the problem of participation of nobility in charity in the Stavropol region in the 19th – early 20th centuries. It is noted that the content and features of the process of formation and evolution of the class structure and the nobility, in particular, in the region, along with the existing normative framework that consolidated its class status, were largely determined by a number of features. Those were the peculiarities of Russia advancement on the Caucasian borders, the history and peculiarities of colonization of the steppe preCaucasus, the special military-administrative and geopolitical status of Stavropol during the period under consideration.Materials and Methods. The principle of class structure in the regulatory framework for the charitable process in the Russian Empire and the problem of the history of noble charity in the context of the emergence of new social communities and the inevitable leveling of class differences logically predetermined special attention to clarifying the characteristics of classes. The list of characteristics of classes proposed by M.I. Lavitskaya and A.V. Melnikov was chosen as the basic one. It says that 1) each class has specific rights and social functions that are legally enshrined in custom or law; 2) class rights are inherited; 3) the presence of class corporate organizations that carry out class public administration; 4) a specific mentality and self-awareness of classes. The study was conducted using materials from the State Archives of the Stavropol Krai. It preconditioned the use of historical-genetic, periodization, typological and narrative methods.Analysis. Based on specific historical facts, it is shown how the relatively late entry of the region into the Empire predetermined the small number of hereditary nobility on its territory, and the active events of military colonization became the main source of formation of the local nobility. Nobles from the inner provinces of Russia, the Kingdom of Poland and western provinces began to move here, and that few of the nobles of Stavropol region had land holdings and the main source of their income was the civil service. In the course of modeling the features of subject-object relations in the charitable process on the territory of the region, limited capabilities of the Stavropol nobility for large and frequent charitable events as well as the relatively small scale of the base of potential objects of charity in relation to the inner provinces of Russia were taken into account. Results. Specifically, the historical picture, created on the basis of a wide range of sources, showed a relatively weak involvement of the nobility of the region in charitable practice in comparison to the all-Russian one. First of all, this is the popularization of the charitable participation of the population in the creation and care for the activities of educational institutions and the lives of poor students, the creation of rare medical and social institutions by those in power and by their own example. If there was no active expected response, the Stavropol (Caucasian) public charity order could be used to accumulate charitable proceeds for the solution of the above-mentioned problems over a long period of time. This is also one of the longest-lasting practices of leisure-time, caring, but not very wealthy representatives of the Stavropol nobility (usually women) visiting the poor with the aim of collecting and transmitting information about them to the provincial registers, as about individuals and families “whose pathetic situation deserves special attention.” This is the initiation and active participation of representatives of the nobility in the creation and work of charitable societies, expanding in scope and directions within the framework of bourgeois modernization processes launched by the reforms of the second half of the 19th century, when the prestige of the idea of public benefit, introduced into the ethics of the noble class back in the 18th century, is gradually gaining a new meaning in Russian culture, not bypassing the Stavropol region.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.