Юрий Асланбиевич Яхутль - доктор исторических наук, доцент.
Д. 149, ул. Ставропольская, Краснодар, 350040
Yuri A. Yahutl - Associate Professor.
149, Stavropolskaya St., Krasnodar, 350040
Введение. Настоящая статья посвящена актуальной теме формирования модели взаимоотношения большевиков с российским крестьянством в условиях экономического и военно-политического кризиса начала 1920-х гг. Рассматриваемый вопрос приобретает не только теоретическую, но и выраженную практическую значимость. В условиях современных перманентных реформ важной задачей становится разработка оптимальной стратегии взаимодействия государства и общества. Возможность обратиться к историческому опыту позволяет избежать повторения конфронтационных сценариев, а с другой стороны, использовать апробированный опыт преодоления кризиса взаимоотношений. Историография вопроса весьма обширна и в своём развитии прошла четыре основных этапа: первый – 1920-е – 1930-е гг., второй – 1930-е – первая половина 1950-х гг.; третий – середина 1950-х – 1980-е гг. и четвёртый – вторая половина 1980-х гг. – по настоящее время, для которых характерна зависимость исследователей от политической конъюнктуры, складывающейся в стране.
Материалы и методы. Исследование основано на новых документальных источниках, содержащихся в федеральных и региональных архивах, которые позволяют изучить процесс формирования внутренней политики большевиков в аграрном регионе. В ходе исследования использованы ретроспективный, проблемно-хронологический методы, а также сравнительно-исторический и системноструктурный подходы.
Анализ. Советская Россия в начале 1920-х гг. пережила военно-политический кризис. Логика и содержание внутренней политики РКП(б) была сведена к удержанию власти и подавлению сопротивления части сельского населения, активно выражавшее своё несогласие.
Результаты. В ходе исследования мы пришли к следующим выводам, что в период нэпа, эволюция внутренней политики большевиков в отношении сельского населения зависела от результатов продовольственной, земельной политики и выборов в советы, но при этом элементы военного коммунизма присутствовали во всех сферах общественной и экономической жизни.
Introduction. The article studies a topical issue of forming a model of the relationship between the Bolsheviks and the Russian peasantry in the conditions of the economic and military-political crisis of the early 1920s. The issue under consideration acquires not only theoretical, but also pronounced practical significance. In the context of modern permanent reforms, the development of an optimal strategy for interaction between the state and society becomes an important task. The opportunity to turn to historical experience makes it possible to avoid repetition of confrontational scenarios, and on the other hand, to use proven experience in overcoming the crisis of relationships. The historiography of the issue is very extensive and has passed through four main stages in its development: the first – 1920s – 1930s, the second – 1930s the first half of the 1950s; the third – mid-1950s – 1980s and the fourth – the second half of the 1980s – to the present time, which is characterized by the dependence of researchers on the political situation prevailing in the country.
Materials and Methods. The research is based on new documentary sources contained in federal and regional archives, which allow us to study the process of forming the internal policy of the Bolsheviks in the agrarian region. The research uses retrospective, problem-chronological methods, as well as comparative-historical and systemic-structural approaches.
Analysis. Soviet Russia experienced a military and political crisis in the early 1920s. The logic and content of the internal policy of the RCP(b) was reduced to retaining power and suppressing the resistance of a part of the rural population that actively expressed their disagreement.
Results. In the course of the study, we came to the following conclusions that during the NEP period, the evolution of the Bolsheviks domestic policy towards the rural population depended on the results of food, land policy and elections to the soviets, but at the same time, elements of war communism were present in all spheres of social and economic life.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.