кандидат наук, доцент факультета права и политических исследований
Тегеран
PhD in international relations, Assistant Professor, Faculty of Law and Political Sciences
Tehran
исследователь
Тегеран
Researcher and writer at the journal
Tehran
Авторы данной статьи полагают, что изучение внешнеполитического поведения Исламской Республики Иран следует проводить скорее с использованием конструкции «цивилизационного государства» и ее правильной трактовки, нежели через призму теории «национального государства».Концепция «национального государства» предполагает международную систему, обусловленную и сформированную поведением государства. Поскольку природа международной системы определяется анархией, неореализм требует накопления власти для обеспечения выживания государства. А наступательный неореализм определяет «максимизацию власти» и «гегемонию» как конечную цель входящих в систему государств.В своей внешней политике Иран не ставит целью достижение гегемонии. Имея древнюю историю, богатую культуру и самобытную цивилизацию, Иран позиционирует себя как «цивилизационное государство», а не «национальное». В этой связи влияние выходит за пределы национального государства, и пытается охватить цивилизационный ареал и использовать культурное наследие и общность исторических судеб с народами Западной Азии, Кавказа и Центральной Азии. Иран имеет древнюю историю, богатую культуру и самобытную цивилизацию. В отличие от модели гегемонии «национального государства», «цивилизационное государство» в первую очередь уделяет внимание культурным и человеческим факторам. Речь скорее идет о потоке «мягкой силы». Авторы полагают, что такой подход способствует лучшему пониманию внешнеполитического поведения Ирана.
The authors of the present paper argue that Iran’s foreign policy behavior has to be analyzed, not through the prism of “nation state” but “civilization state” if one is seeking to get it right.Under the idea of “nation state”, the structure of the international system determines the behavior of a state. Since the nature of the international system is defined by anarchy, the neorealism mindset prescribes power accumulation to ensure survival. And offensive neorealism defines “maximization of power” and “hegemony” as the end goal of states.But the purpose of Iran’s foreign policy is not to seek hegemony. Iran has an ancient history, a rich culture and a distinct civilization. It behaves within the framework of a “civilization state”, not a “nation state”. Iran’s influence goes beyond the border of a “nation state” because of its civilizational reach, its cultural heritage, and its historical links with modern nations in Western Asia, caucasia and central Asia. contrary to the pattern of hegemony pursued by a “nation state”, a “civilization state” focuses on cultural and human factors first. It is the flow of ‘soft power’. That’s a true way to understand Iran’s foreign policy practices.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.